Ричард Аттенборо несколько раз пытался приступить к съёмкам картины. В 1952 году Габриэль Паскаль заключил соглашение с премьер-министром Индии о создании фильма о жизни Ганди. Но в 1954 году Паскаль умер и съёмки не состоялись. В 1962 году с Аттенборо связался Мотилал Котари, государственный служащий индийского происхождения и преданный последователь Ганди. Котари настоял на том, чтобы Аттенборо встретился с ним для обсуждения съёмок фильма о Ганди. Аттенборо согласился и потратил следующие 18 лет, пытаясь снять фильм. Он встретился с премьер-министром Неру и его дочерью Индирой Ганди. Неру одобрил фильм и пообещал поддержать его производство, но в 1964 году он скончался. Дэвид Лин и Сэм Шпигель планировали создать фильм о Ганди после завершения работы над картиной «Мост через реку Квай», но отказались от проекта в пользу «Лоуренса Аравийского». Ричард Аттенборо обратился к Лину за помощью в конце 1960-х. Лин согласился участвовать в создании фильма и предложил Аттенборо главную роль, но позже вновь оставил проект и начал снимать «Дочь Райана».

Над столом повис скандал

Когда состоялась встреча с королевой за обедом, разумеется, назревал скандал с протоколом. Стол был сервирован по всем правилам этикета, аристократы рассажены по своим местам.

Юрий Алексеевич оказался в центре внимания самых ревностных поборников английских традиций.

Гагарин очень быстро сориентировался в новой обстановке и предложил следующее:

Товарищи, давайте будем есть по-русски!

И без прочих церемоний принялся ложкой перекладывать салат себе в тарелку.

Аристократы такое не видели никогда!

Королева ответила так, что только после этого ее можно любить и уважать бесконечно:

Она тоже взяла ложку и перекладывая салат в свою тарелку произнесла: "Господа, давайте есть по-Гагарински!
От такого предложения аристократия отказаться уже не смогла))

Журналисты и критики в один голос трубили о простоватости советского космонавта и об отсутствии у него манер. Однако, одновременно они не могли не отметить его исключительную порядочность, открытость и способность притягивать к себе людей как магнит. Девушки просто прорывались к нему, чтобы дотронуться.

Метеорит представлял собой обычный хондрит (Н4) весом 3,86 кг. Фрагмент размером с грейпфрут пробил крышу каркасного дома в Оак Грув, штат Алабама, отскочил рикошетом от большой деревянной консоли радио и ударил Ходжес, пока она дремала на диване. 31-летняя женщина получила сильные ушибы руки и бедра, но серьёзных травм не получила. Метеорит был виден в небе трех штатов, несмотря на то, что влетел в атмосферу поздним утром. Событие получило известность во всём мире. Предположительным источником этого метеорита является астероид (1685) Торо.

Этот случай считается первым задокументированным случаем, когда внеземной объект попал в человека. ВВС США конфисковали метеорит. Семья пострадавшей наняла адвоката , чтобы отсудить метеорит, собираясь продать его, а на вырученные деньги отремонтировать разбитую крышу. Сначала поступали предложения о покупке метеорита за 5 500 долларов, но через год, когда метеорит был наконец возвращён семье, ажиотаж у покупателей затих. Наконец, Энн Ходжес, несмотря на желание своего мужа продать метеорит, пожертвовала его в Музей естественной истории Алабамского университета в городе Тускалуса, где он сейчас и хранится.

В 1964 году супруги Ходжес развелись, и они оба согласились, что эмоциональное воздействие и неудобства, вызванные метеоритом, были факторами этого поступка, и сказали, что они хотели бы, чтобы его не было. Здоровье Энн Ходжес ухудшилось, и в 1972 году она умерла. За благотворительность Энн Ходжес похоронили на кладбище баптистской церкви.

На следующий день после падения метеорита, 1 декабря 1954 года, Джулиус К. Мак-Кинни, фермер, который жил неподалёку от Ходжес, нашел второй фрагмент метеорита весом 1,68 килограмма на середине грунтовой дороги вблизи своего дома. Он смог продать найденный им камень в Смитсоновский институт, а вырученных денег хватило, чтобы купить небольшую ферму и старый автомобиль.

Сулакогский метеорит не был единственным внеземным объектом, ударившим человека. В 1992 году очень небольшой фрагмент (3 г) Мбальского метеорита ударил мальчика из Уганды, но он был замедлен деревом и не вызвал у него никаких повреждений

Дело происходило так. 18 ноября 1853 года завершилось последнее в мировой истории крупное сражение парусных флотов. Ближе к вечеру турецкая эскадра была окончательно разбита. Дьявольские по силе пожары разгорались то на одном, то на другом корабле, воздух сотрясался разрывами пороха и самопроизвольной детонацией пушек, с жутким треском падали мачты, и суда медленно уходили под воду.

Наблюдая с балкона флагманского корабля "Императрица Mapия", адмирал Нахимов был настолько поражён этим эффектным зрелищем, что повернулся к своему флаг-офицеру Барятинскому и промолвил: "Князь, а нарисуйте-с нам эту картину!". Виктор Иванович начал отнекиваться и говорить, что дескать рисует он плохо, да и молва о его живописном таланте сильно преувеличена. Однако приказ - есть приказ! Барятинский быстро накидал эскиз, прямо с натуры написал тонущие корабли и нарисовал пожары близ Синопа.

После того, русская эскадра вернулась в Севастополь, Нахимов отправил Барятинского сообщить о победе князю Воронцову. Согласно легенде, по пути Виктор Иванович заскочил к своему знакомому Айвазовскому. В тот день тот принимал гостей, и публика восторженно слушала рассказ офицера о крупном морском сражении. В завершение, Барятинский даже упомянул о том, что успел сделать и эскиз той огненной ночи. Айвазовский был восхищён рисунком и уговорил Виктора Ивановича отдать ему эскиз. Позже, именно по этому образцу, знаменитый маринист и написал легендарное полотно. Так что многие детали картины мы можем видеть глазами очевидцев тех событий.
.
Виктор Иванович Барятинский в молодости и в зрелом возрасте

В те годы в карты и домино в нашей стране играли все, и не только взрослые дяди и тети (тети реже), но и малышня.  Я научился играть в карты еще в начальной школе. Вначале бабушка показала, как играть в «пьяницу». Потом родители научили играть в «подкидного дурака» и «очко». Чем взрослее я становился, тем усложнялись карточные игры.  «Шестьдесят шесть», «кинг», «тысяча», и, наконец, вершина карточной пирамиды – «преферанс».  Это игра для думающих людей, не желающих срубить по-быстрому деньжат, а скорее убить время. Но сказать, что эта игра не доставляли участвующим в ней удовольствие, не могу. 

Подробности: https://proza.ru/2021/06/18/182